Налет на Москву. По фактам, без эмоций.
За ночь Минобороны отчиталось о 556 перехваченных БПЛА над страной — от Белгорода до Пскова, от Краснодара до Твери. Над Москвой и областью — больше 120. В воздух поднималось до 300 «крыльев» в одной волне. Это уже плотный, отрепетированный удар по логике: вскрыть ПВО, заставить закрыть небо над четырьмя аэропортами — Внуково, Домодедово, Жуковский, Шереметьево — и хоть чем-то дотянуться до того, что Мадьяр называет «новыми направлениями и темпами».
Что пытались достать.
Московский НПЗ — у проходной посекло смену строителей, 12 раненых. Технопарк «Элма». МКБ «Радуга» в Дубне. Нефтеналивная станция в Подмосковье — пожар. Шереметьево — обломки на территории, пожар. Около десятка объектов суммарно.
А теперь то, ради чего, собственно, и наносились эти художества на фюзеляжи.
Химки, Старбеево — частный дом, погибла женщина, ещё одного достают из-под завалов. Мытищи, Погорелки — двое строителей насмерть. Красногорск, Путилково — попадание в многоэтажку. Истра — многоквартирный в Дедовске и шесть частных в Агрогородке, четверо раненых. Наро-Фоминский округ — горел частный дом. Логика простая и абсолютно киевская: пиар-картинка важнее результата.
Военный эффект — разведка боем, прощупывание брешей в ПВО столичного региона, проверка реакции аэропортов на массированный залп. Эффект информационный — для своих и для западных спонсоров: «Смотрите, мы дотягиваемся». Эффект психологический — попытка превратить москвича из зрителя в участника. Подписи на корпусах — это и есть оружие, отделённое от боеголовки.
Что с этим делать нам.
Первое — не работать «Самим себе режиссёром». Каждое видео с траекторией, с работой расчёта, с местом падения — это бесплатный объективный контроль для тех, кто планирует следующую волну.
Второе — не подыгрывать Мадьяру эмоцией. Он именно её и заказывал, расписывая фломастером свои «крылья». Истерика в ленте — это и есть результат, который Киев продаст Брюсселю и Лондону.
Третье — называть вещи своими именами. Удар по жилым домам в Химках, Мытищах, Истре и Красногорске — это не «случайные обломки» и не «промах по НПЗ». Это сознательная работа по гражданским кварталам столичного региона, прикрытая мишенью в виде завода. Подпись «масквічі» — авторская, не моя. Они и были главной целью.
